Открыть меню

Назым Хикмет. Свобода выбора

#
 Айтен Акшин
Писатель, доктор философии. Родилась в Баку. В различные годы проживала в Турции, Узбекистане, Казахстане, Италии и Австрии. Автор трех сборников рассказов и повестей и научной монографии, посвященной философскому мировоззрению турецкого поэта и драматурга Назыма Хикмета. Член Союза писателей Азербайджана. Живет и работает в Швейцарии.

Назым Хикмет. Свобода выбора

   

 

 

 

Его переводили лучшие поэты, на его стихи слагались песни, поэтические строчки становились девизами, сказанное подхватывалось и превращалось в крылатые слова. Назыма Хикмета называли Байроном и Пушкиным турецкой литературы, сравнивали с поэтом и драматургом Бертольдом Брехтом.

Его стихи переписывали от руки и заучивали, понравившиеся строчки выносили эпиграфом к собственным произведениям. Его пьесы переводились и ставились на лучших сценах мира знаменитыми режиссерами, сборники произведений выходили большими тиражами на многих языках мира. В СССР начала 1950-х годов им восхищались и гордились. Он был героем, которого «не сломили тюремные застенки», который сделал «единственно верный выбор», бежав из Турции в СССР. Его боготворили, называли «славным» и «чудным». Встречали везде бурно, аплодируя по десять минут стоя. «Величественную простоту» его биографии передавали из уст в уста. О нем ходили легенды, встречи с ним сравнивали со встречами с «посланцем с другой планеты» или чуть ли не с «явлением Христа народу»[1].

Невероятная популярность Назыма Хикмета объяснялась той непривычной простотой и доступностью, которая - при всей его известности и при любой встрече, даже с абсолютно незнакомыми людьми. Назым Хикмет называл себя «старым москвичом», СССР - своей «второй Родиной»[2]. «Вторая родина» Назыма Хикмета официально прекратила свое существование в конце 1991 года, но о поэте забыли еще до этой исторической даты.

 

Нет, не страшит меня мой век,
Мой жалкий, мой великий век,
Нет, я не дезертир.
Я не жалею, что пришел
Т
ак рано в этот мир,
И века моего я не стыжусь и не страшусь.

(«Двадцатый век», 1941, перевод М. Павловой)

 

«Родился в 1902 году[3], в город своего рождения никогда не возвращался, не люблю возвращаться»[4], - писал поэт в своем известном стихотворении «Автобиография» (Восточный Берлин, 1961).

Принадлежавшая к высшему классу Османского императорства космополитическая семья Назыма Хикмета дала ему возможность расти в атмосфере, впитавшей мировую культуру - от французского просветительства и романтизма до суфийской мистической поэзии. Со стороны матери поэт получает в наследство польские и немецко-французские корни[5]. Фамилию одного из своих героических прадедов, К. Борженьского, возьмет затем лишенный 25 июля 1951 года турецкого гражданства Назым Хикмет, находящийся в эмиграции в СССР, но до 1962 года не получивший свой «молоткастыйсерпастый советский паспорт». С польскими документами на имя Nazim Hikmet-Borz`nski (Назым Хикмет-Борженьский) будет он с начала 1950-х осуществлять возложенную на него Всемирным Комитетом Мира миссию «борца за мир», а в 1961 году способствовать эмиграции своего сына Мехмета и его матери, Мюневвер Андач, в Варшаву. Турецкое гражданство поэту будет возвращено лишь через 58 лет - 5 января 2009 года.

Родители поэта были высокообразованными, оба в совершенстве владели французским языком. Отец поэта, Хикмет-бек, в год рождения Назыма служил в министерстве иностранных дел в Фессалониках. Мать поэта, Джелилеханум, известная своей красотой и эмансипированностью, была талантливой художницей и любила французских поэтов-романтиков. По словам Назыма Хикмета, за исключением равнодушного к поэзии отца, поэзия в целом находилась в центре интересов и внимания всей семьи[6]. Но и «равнодушный к поэзии» Хикмет-бек имел обыкновение декламировать вслух стихи. Декламировал он сложнейшую философскую поэзию периода «Джедиде», один из ярких представителей которого – Тевфик Фикрет, по словам Назыма Хикмета, оказал на него сильное влияние[7]. Если добавить к этому, что одной из наиболее значительных фигур в семье для маленького Назыма был его дед со стороны отца - НазымПаша, поэт и суфий, можно живо представить себе атмосферу, в которой рос будущий всемирно известный поэт.

Назым Паша занимал должность губернатора в различных городах Османской империи (с 1905 года семья сына, Хикмет-бека, с небольшими перерывами сопровождала его в этих назначениях) и успешно сочетал прогрессивные взгляды с карьерой в слабеющем и расшатанном на стыке веков государстве. Назым Паша был приверженцем школы Мевлеви - последователей персидского поэта и суфийского мистика Джелаледдина Руми. Когда Паша отходит от государственных дел (1912), он полностью отдается поэзии, открывая в своем доме в Стамбуле (Константинополь до 1930 года) поэтический салон приверженцев ордена Мевлеви. На этих встречах часто присутствовал и маленький Назым. Под влиянием поэзии деда он начинает с 11 лет писать стихи. Когда его стихи начнут выходить в свет («Кладбища» - первое, опубликованное под именем Мехмет Назым в 1918 году), он уже будет учиться в военно-морской Академии.

Если школьные годы поэта пришлись на время важных политических событий, включая вступление младотурецкого режима в Первую мировую войну на стороне Тройственного Союза, то студенчество совпало с окончательным развалом могущественной когда-то Османской империи с шестивековой историей. Еще до подписания одного из самых унизительных пактов в истории страны - Севрского мирного договора (август 1920) и роспуска Османского парламента (март 1920 года) - Мустафа Кемаль, имя которого после успешной операции в ходе Первой мировой войны (Дарданелльская операция, 1915) у всех на слуху, созывает в Анкаре собственный парламент. Этот парламент (Великое национальное собрание Турции) позже объявит недействительными все прежние договоры Османской империи. Анкара станет центром сопротивления. В оккупированном же Стамбуле одним из наиболее действенных средств пропаганды станут уличные демонстрации. В них принимают участие и два молодых поэта: Назым и его школьный друг Ваал` Нуреддин.

К этому времени Назым превратился в решительного юношу «с непослушными огненно-рыжими волосами»[8], который готов прямо сейчас ринуться в бой. У него не хватает терпения выслушать товарищей до конца, он все время перебивает, он не может даже спокойно идти рядом, потому что все время выскакивает вперед, что-то горячо рассказывает, а в заключение срывает с головы феску, бросает ее себе под ноги и восклицает: «Ах, выпади и мне такой случай!»[9] В январе 1920 года, как раз после участия в одной из уличных демонстраций в оккупированном Стамбуле, восемнадцатилетний Назым рассказывал о героической смерти одного из турецких моряков, который ценою собственной жизни спас пробитый оккупантами дредноут от потопления.

Только рассказами впечатлительный юноша не ограничивается, а пишет поэтическую аллегорию с призывом присоединиться к национально-освободительной борьбе. «Пленник сорока разбойников» публикуется в августе 1920-го, когда Стамбул уже официально оккупирован (март 1920), сочувствующие антиоккупационному движению смещены с постов, многие политики верхнего эшелона власти, военные высшего ранга, патриотически и националистически настроенная интеллигенция арестованы и сосланы («Мальтийская ссылка» - март 1919 - октябрь 1920-го), пресса подвержена жесточайшей цензуре. От могущественной империи остался лишь маленький кусочек вокруг Анкары, где Мустафа Кемаль организует повстанческое движение сопротивления в Анатолии. В это самое время в оккупированном Стамбуле открыто призывать всех присоединиться к освободительному движению в Анатолии было не только смелым, но и опасным вызовом.

Происходящее в стране (и распавшиеся у обоих родительские семьи) сближает двух абсолютно разных юношей - Назыма и Ваал`. Горячность и бескомпромиссность высокого импульсивного Назыма словно компенсируется постоянно находящимся теперь рядом с ним щуплым, невысокого роста сдержанным парнем в очках. Ваал` станет профессиональным журналистом. Позже он посвятит другу книгу - «Назым по миру этому прошел», название которой звучит еще более символично, если учесть то, что «Назым» на турецком языке значит «слагающий стихи». Юные поэты мечтают о героических подвигах и отважных поступках. Многие патриотически настроенные интеллектуалы уже покинули Стамбул, когда 1 января 1921 года и четыре молодых поэта, включая Ваал` и Назыма, отбывают на пароходе с символическим названием «Новый Мир» в Инеболу. Этот портовый город на черноморском побережье Турции в то время был своего рода пропускным пунктом, где скапливались силы повстанцев в ожидании разрешения на дальнейшее следование до Анкары. В Инеболу Назым впервые услышит об идее мировой пролетарской революции и немецко-марксистском «Союзе Спартака».

 

 

 

 

С Н О С К И

[1] Скороходов Г. А. О пьесе «Рассказ о Турции» // Разговоры с Раневской. М: АСТ, 2008. С. 173.

[2] Из выступления Назыма Хикмета в ЦДРИ (Центральном доме работников искусств) 1 марта 1956 года. Цит. по: Февральский А. В. Назым Хикмет // Записки ровесника века. М.: Советский писатель, 1976. С. 372.

[3] Поэт родился в городе Фессалоники в 1901 году (20 или 21 ноября) или в 1902 году (15 или 17 января) - определение точной даты затруднено в связи с переходом на систему исчисления григорианского календаря.

[4] Кроме указанных случаев - перевод автора.

[5] Одним из прадедов поэта был Людвиг Карл Детрой, впоследствии маршал Османской армии, известный под именем Мехмет Али Паша. Другим - Османский генерал, лингвист-тюрколог Константин Борженьский, известный как Мустафа Джелаледдин Паша - также перешедший в ислам польский аристократ, гагауз по происхождению. Подробнее о семье поэта в мемуарах близких друзей: Nsreddin Vala (Va-Ns).Budtnyadan Nazimge» tiIstanbulRemzi Kitabevi, 1969; Бабаев Акпер.Назым Хикмет. Жизнь и творчество. М.: Наука,  1975. См. также первую биографию поэта на немецком языке: GronauDietrichNazim HikmetReinbekbei HamburgRowohlt, 1991.

[6] Hikmet NazimBtttneserleriСilt I. SofyaNarodna Prosveta, 1967. S. 9.

[7] Поэзия «Едебийаты Джедиде» была литературой журнала «Сервети Фюнун» (1896-1901), вокруг которого сплачивались прозападно мыслящие интеллектуалы. Тевфик Фикрет (1867-1915) - поэт и издатель, один из родоначальников европеизации турецкой литературы.

[8]Nsreddin Vala (Va-Ns). Op. cit. P. 41.

[9]Ibidem. P. 42.

Комментарии (0)

Добавить комментарий