Открыть меню

Подарок боли от Добра: что может быть лучше для Зла?

#

Подарок боли от Добра: что может быть лучше для Зла?

 

Они сходились и расходились вновь и вновь. Этот бой продолжался вечность. Вечная борьба Добра и Зла. И никто из них не знал, чем закончится противостояние. Силы были равны. Слишком равны. Они обладали равной мощью, одинаковой степенью мастерства и умения, схожей сноровкой. Им было не перехитрить друг друга. Не перехитрить и не пересилить.

 

Прозвучал гонг, и бойцы разошлись по углам ринга. Вот они, борцы, проповедующие один торжество добра, триумф благости, победу трудолюбия и успех душевности, а другой – необузданную злость, безумный гнев, ядовитое начало и безудержное свирепство. Но они не делили друг друга на поборников светлых и темных сил. Да и что такое добро и зло? Разве не устлана благими намерениями дорога в ад и разве не делается худое из благих намерений? Они об этом не задумывались. Они лишь знали, что должны воевать, рождены для этого. Вечная битва – в этом их предназначение.

 

Здесь не было судей, не было тренеров и консультантов. Были лишь зрители. Миллиарды безмолвных зрителей, обладавших лишь правом наблюдать. Они следили за поединком, и у каждого из них был свой кумир, свой герой и идол. Кто-то приветствовал очередной удачный выпад Добра, кто-то с вожделением впитывал каждый точный удар Зла. Среди зрителей не было безразличных. Их всех переполняли чувства и эмоции. Они потому и существовали, чтоб наблюдать за бесконечным единоборством Добра и Зла.

 

Наблюдатели. И в этом их призвание…

 

Но вот в центре ринга появляется Любовь и начинает описывать круги вдоль каната, переплетенного прочными волокнами вечности. Тряся своими гибкими и обворожительными аргументами, она возвещает о начале следующего раунда и заряжает зрителей энтузиазмом. Ее появления ждали все, но не у всех Любовь вызывала одинаковую реакцию. Кто-то при виде ее таял от восхищения, кто-то начинал плакать, а иные, боясь попасть под ее чары, закрывали глаза и ждали удара гонга. Но многие ее желали, хотя и не всегда понимали ее сущность. Почему Любовь с одинаковой страстью посматривает то в сторону Добра, то в сторону Зла?

 

По залу прокатился удар гонга. Вовремя. Бойцы как раз отдышались и жаждали продолжить схватку. Они упивались сражением. Они жили им, наслаждались, подпитывались энергией друг друга. Они действовали согласно своей природе.

 

Удары Добра были сильными, искренними и не носили злобного характера. В каждый выпад вкладывалось стремление помочь злу очиститься, каждым резким, смертельным толчком соединялись счастье, радость и благополучие.

 

Хук справа - блаженством, хук слева - везением, а в ответ - выставленные Злом блоки из ошибок и неприятностей...

 

Борясь, добро старалось созидать. Это закон Вселенной, и этим правилом оно руководствовалось беспрекословно. Добро должно созидать. Только так оно подпитывается энергией и становится сильнее. Отдай и станешь счастливее – вот закон жизни. И добро отдавало. Отдавало всего себя. Бескорыстно. Без остатка. Подпитывало соперника самым лучшим, что в нем было, тем самым создавая больше Зла, наращивая его силу и мощь. Так они одновременно и росли в ходе битвы. Добро - делясь и отдавая, а Зло - получая и впитывая.

 

Схватка вновь приняла ожесточенный характер. У каждого из них своя тактика борьбы. Добро исходило из стремления действовать. Леность не присуща Добру. Скорее, это составляющая Зла.

 

Тумак, шлепок, щелчок…

 

Добро не боролось против Зла. Оно знало, что этим не победить. Борьба с кем-то уже несет в себе нечто деструктивное. Добро стремилось очистить Зло от скверны и отдать ему самое лучшее. Только так соперника можно было победить. Сделать доброе и тем самым выкорчевать, выскоблить и соскрести  всю скверну.

 

Пропущенный удар. Больно… Но Добро изловчилось и попыталось сконцентрировать все свое внимание на хорошем даже в апперкоте противника. Зло не может быть настолько плохим. Оно требует лишь внимания к себе. Ему недостает ласки и тепла. Если не обращать внимания на его выходки, а, возможно, даже похвалить, то у Зла оттает душа. Оно поймет пагубность своего поступка. От этого оно станет счастливее, а значить и сильнее. А там по новой…

 

Не забывало Добро и о приемах защиты. Оно помнило заветы наставника. «Не отвлекайся на несовершенство Зла, покуда сам ты несовершенен», - любил говорить мастер. Вот почему, нанося созидательные зуботычины и затрещины, Добро, прежде всего, пыталось работать над собой, стать добрее, светлее, чище. Тогда и Зло подтянется.

 

В бок воткнулось лезвие меча. Сильная боль пронзает все тело и сразу же превращается в неописуемую радость. Добро знает, как поступить. Оно применяет этот прием каждый раз, когда Зло наносит колющий, режущий или рубящий удар каким-либо острым предметом. Не стоит бороться со Злом. Надо принять его в себя, встроить в свою сущность. Выгода двойная. Оставшись в теле Добра, эти предметы перестают быть оружием Зла, а значит и самим злом. А еще так наращивается некое подобие брони. Наступит момент, когда Злу просто некуда будет втыкать свои режуще-колющие предметы: они будут напарываться на надежную защиту, сотканную из такого же холодного оружия. Пронзили один бок - подставь другой. Так защита станет сильнее, мощнее, броня - толще.  

 

Но нельзя только защищаться. У Добра имелись и свои аргументы. Изловчившись, оно втыкает в тело противника свой меч. И… теряет его. Меч остается в теле Зла, которое применяет тот же прием наращивания брони. Но у Зла другие мотивы. Во-первых, боль. Оставшееся в теле оружие причиняет невыносимые муки, которые Зло залучило, не приложив для этого никаких усилий. Подарок боли от Добра: что может быть лучше для Зла? Во-вторых, Зло просто не любит делиться. Жадность – неотъемлемая его черта. Раз поглотив меч противника, оно не вернет его никогда. Это уже его меч, его оружие. Меч не довод, он материален и имеет стоимость. И пусть Добро думает, что поделилось со Злом благодатью. Оно-то знает, что каждое вырванное из Добра оружие ценно хотя бы потому, что усиливает защиту Зла и наращивает в нем ненависть.

 

Лицо Зла искажает страшная улыбка. Оно приняло в себя оружие Добра и превратило его в абсолютное зло. Оружие уже есть зло. Даже если оно применено с благими целями созидания.  

 

Бой не утихает. Удар судьбы, боль души, вопль отчаяния, а в ответ свет в глазах, замирание сердца и сладостная нега…

 

Каждый из них не просто противостоял сопернику, но и пытался посредством его познать себя. Они давно не отвергали друг друга, были и соперниками и партнерами в одном лице. Они принимали действительность и противника такими, какими они есть.

 

Гонг возвестил о конце очередного раунда. Соперникам стало тяжело дышать. Сложно было бороться со Злом. Ой, нелегко было что-либо противопоставить Добру. У каждого из них свои приемы и методы. Каждый действует согласно четкому, прописанному только для него алгоритму действий. Каждый закален только ему известной моралью бытия. 

 

Добро старается сконцентрироваться. Можно и помедитировать. Главное, собраться с мыслями и очиститься - изгнать те частички Зла, которые успели осесть на нем в ходе боя. По одному падают на пол куски лицемерия, жестокости, подлости, невежества. Добро отбеливает тело. Осталось лишь проветрить душу и вновь можно в бой.

 

В другом углу ринга Зло усиленно счищает с себя кусок налипшей на него толерантности - новое оружие, примененное Добром в последнем раунде. Но вот оно остановилось, задумалось и… впитало в себя толерантность, несколько нарастив ею свою мышечную массу. Теперь этим качеством обладает и Зло, и теперь толерантность исходит и от него. Да, он будет терпим к иному мировоззрению, образу жизни, поведению и обычаям. Теперь он знает, что такое уважение и правильное понимание других культур, тех, которые он как раз собирается уничтожить. Сделает он это, проявляя высшую степень уважения и понимания.

 

Время есть, и стороны не спешат сходиться в поединке. Добро анализирует ситуацию и смотрит на себя как бы со стороны. Есть такая техника в йоге жизни. Вот оно, Добро, сидит, тяжело дыша у края ринга, и источает тепло. Главное, понимать, уважать и боготворить соперника. Это не Зло в другом углу ринга, а неотъемлемая частичка его самого. По жизни они идут рука об руку, одаривая друг друга шлепками и подзатыльниками. Их схватки раздирают зрителей на части, разъедая их души бесконечным созерцанием регулярных побед и поражений. В результате не остается ничего. Даже зрительских душ, которые, в зависимости от предпочтений, присоединяются в конце концов к доброму, или к злому началу. 

 

Наконец соперники сходятся в центре ринга. И сразу же следует подсечка и сильный толчок в грудь. Зло падает на пол с улыбкой на лице. До чего же приятна эта добрая подсечка и сладостен хоть и резкий, но все же душевный толчок в грудь: конечно же, такие приемы его не сломят. Ведь у него есть цель, курс с которой его не собьет даже мягкое свечение на груди Добра. Главное, не отвлекаться на хитрые приемы соперника, а крушить, разрушать и не смотреть на небо. Оттуда тоже порой исходит какое-то свечение. Если Злу удастся сконцентрироваться на злобе, то Добро покажется лишь незначительным препятствием в деле разрушения, которое можно будет без труда проворачивать.. Зло не борется с Добром. Оно лишь идет к своей заветной цели – полному и регулируемому порядку во всем, где нет места всяким свободам и изъявлениям.

 

Зрители следят за поединком затаив дыхания. Каждый удар Зла вгоняет их в беспросветную темень, каждый импульс добра озаряет светом. Так они и переходят из темной полосы в светлую, не думая о причинах. Они знают причину: темень – это значит Добру нечем ответить на очередные напасти, горести и невзгоды. Яркий свет… Нет, не Добро побеждает, а Зло решило взять тайм-аут прямо в ходе битвы и ждет, когда ринг очистится от свежих, выбитых из Добра порций справедливости. 

 

В этом раунде одолевает Зло. Безграничное понимание Добра оно блокирует полным равнодушием. На тепло отвечает резким выпадом оскорблений и обиды и сразу же ударом ноги сшибает с Добра изрядный кусок понимания. Пока последний разбирался что к чему и остатками сознания пытался прощупать слабые стороны противника, Зло наносит сокрушительный удар головой, передав спарринг-партнеру изрядную долю накопившегося в нем крепколобия и дубоватости. Расправив плечи, оно встает во весь рост, описывает ногой дугу, а другой, в прыжке, лягает в пах сопернику, лишив его чувства совместимости и наслаждения. Добро вроде бы приходит в себя и улыбается, - ответный луч любви и понимания. Но прием не удался: Зло съеживается, и поток света и радости проскальзывает мимо. Не теряя времени, Зло наносит прямой удар отчаяния, осыпает соперника градом страха и, отступив на полшага, добавляет  затрещину злосчастья. Адская боль пронзает все тело Добра. Пытаясь спасти остатки разума, оно прячется за границей умопомрачения, а затем, выдав сочную порцию похвальбы, погружается в нирвану. Жить хочется до смерти. Но Добру нельзя так думать. Это ослабляет его чувствительность и понижает уровень позитива в крови. Ему вообще не стоит думать о смерти. Только о жизни и радостях, которые он только может себе представить. 

 

Только перед самым завершением этого этапа схватки Добру все же удалось отыграться. Собрав всю свою силу в кулак, оно раскрытой ладонью наносит мягкий, пружинистый удар справедливости и мудрости в бок противника. И казалось бы, вот она победа, но Добро не успело отдернуть вовремя руку, и внешним ребром стопы Зло успевает зацепить ее, вложив в свой удар всю свою злость и глупость.

 

Гонг вновь разбросал соперников по углам ринга.

 

Согласно правилам, передышка заканчивается, как только одна из сторон бросается в бой. Но бойцы знали, что это произойдет нескоро. Каждый из них нанес противнику достаточно ран, и теперь их предстояло залечивать. Болела каждая клеточка тела. Кровоточили и ныли порезы. На одном из них особо выделялась глубокая, рваная рана на боку, из которой обильно вытекала жизненная сила. А другой бесцельно смотрел на острый конец кости, торчащей из руки. Раны хоть и были не смертельные, но соперникам предстояло их залечить, подлатать и заштопать. Да и резервы пополнить не мешало бы. У Добра истощились ресурсы благоденствия и удачи, а Зло в свою очередь желало запастись нищетой и невезением. Эти ярлыки могли оправдать его в случае проигрыша в поединке. Да, нищета, сдобренная невезением, всегда проигрывает. Даже если за ним стоит правда. Но при этом, нужда, обреченная вечно терпеть неудачу, ожесточает сердца терпящих поражение и порождает злобу, питающую Зло.

 

Битва предстояла долгая. В итоге этой извечной борьбы Добра и Зла должен остаться только один из них. Нет, не тот, кто окажется терпеливее и выносливее… Дело вовсе не в выдержке и стойкости. Многое решало, кому из них зрители отдадут свой голос. Но свидетели этой вечной эпической битвы были заняты другим…

 

На ринге вновь появилась Любовь. Каждая линия ее безукоризненных форм отразилась в восторженных глазах зрителей. Она медленно продефилировала вдоль канатов, вызывая противоречивые чувства у болельщиков. Смотря на нее, одни теряли разум, и готовы были многим пожертвовать только ради того, чтоб она благосклонно на них взглянула. Другие, видели в ней лишь безукоризненные формы, которыми желали обладать. А были и такие, кого она уже одарила своей милостью, но удержать ее они не смогли. Теперь, эти зрители, стыдливо прятали глаза.

 

Жаль, что Любовь коварна и недолговечна и ее почитателям не придется долго радоваться ее присутствию. Окинув бойцов мимолетным взглядом, она поняла, что следующий раунд борьбы Добра и Зла начнется не скоро. А значит, и ей, Любви, здесь пока делать нечего…

 

Рауф НАСИРЛИ

24.01.2014

 

 

Комментарии (0)

Добавить комментарий