Открыть меню

Разбой

#

 

 

 

 


Посвящается памяти Володи Михайлова

 

После душной ночи Халида изнемогая, подумала: «Скорее бы подул ветер, обещанный метеосводкой». Неожиданно послышался сильный грохот машин, явно, двигающихся в направлении близлежащих дач. И вот на соседнем участке появилась колонна из пяти пустых КАМаз, а впереди вихлял экскаватор. Напористо, напрямую через дачи, ломая и безжалостно уродуя на своем пути: ягодные кусты, виноградники, деревья…

- Может это свершается во имя стройки у соседа? – засомневалась она - но, пока не пойму, с какой стати едут пустыми, – размышляла Халида.

Зафырчали, запыхтели и заглохли моторы, остановившись недалеко от ее дома. Быстро, с деловым видом, из кабин машин выскочили рослые мужики. В руке, одного из них - мобильник. Нажимая кнопки, докладывает «боссу»: «Приехали, встретились! Да…да…» Затем, получив ценные указания, стал торопить водителей машин начать дело. Экскаваторщик, подпрыгивая в кабине, нажимал рычаги и зубастый ковш, жадно впивался в землю, выгребая песок и высыпая его в кузов ожидающего гудящего КАМаз. Другие водители кричали: «давай, давай, торопись», указывая на время.

- О, Боже, так это же настоящий разбой среди бела дня. Песок выгребают на продажу для какого-то лица на другом конце мобильника, - догадываясь сути, развела руками Халида.

Внезапно подул обещанный северо-западный ветер. Да такой порывистый, что в воздухе поднялась, словно пыльная буря, и в этом пыльном хаосе, шуме моторов на ее крики, даже вопли:

- Что вы делаете, варвары? Кто вы? Где же хозяин? - внимания не обращали, торопящиеся и снующиеся люди от экскаватора к КАМаз.

В этой «деловитой» колонне наполненной песком, как назло или, к счастью, четвертая машина застряла в развороченной земле. Тут замешкались, забегались «работнички», подкладывая камни от разрушенной стены соседнего дома. Откуда ни возьмись, над другим забором появилась взлохмаченная голова соседа, негодовавшего, что его так рано потревожили, нарушив сон. Хватая обломки камней и стекол с забора, стал забрасывать ими суетящихся грабителей. В таком переполохе послышалась чья-то команда: - «Возвращаться!». Моментально тяжело нагруженные машины, переваливаясь, развернулись в обратный путь. Удалились… Воцарилась жуткая тишина. Деревья, словно «спрятались» под толстым покровом пыли. На земле валялись разодранные, раздавленные, кроваво-сочные плоды граната. Из-под побуревших листьев, выглядывала желтая айва, будто вопрошая:

- Кто посмел спрятать Солнце?

Высокий серебристый лох, несколько минут тому назад гордился своим богатым крупным урожаем: вкусными мучнистыми плодами под ярко-коричневой кожицей. А теперь обломали ему ветки и валялись смешанные с песком плоды - его гордость. Виноградные кусты же, по которым грубо прогромыхали, еле-еле вздыхали:

- Ой, жаль, изуродовали ягоды моего янтарного шааны, - вздыхали кустарники.

А впереди отчетливо просматривался огромный котлован с торчащими корнями многолетней смоковницы-инжира.

Халида грустно оглядывалась вокруг, и больно защемило сердце. По лицу текли грязные ручейки, во рту же образовалась песчаная, не проглатывающаяся кашица.

- Что это мираж или явь? – вздрогнула она, когда из котлована незаметно появился какой-то синий треугольник, напоминающий палатку, а рядом словно фигура крепкого человека с русыми волосами, в очках с металлической оправой.

- Кто это? Откуда он? Как похож на Василия, - молясь, прошептала она.

Странная фигура, медленно двигая руками, указывая на котлован, повела плечами, как бы спрашивая:

- Что здесь происходит? Разве они меня не заметили?

- Нет, к сожалению, нет, - еле-еле шевеля губами, шептала взволнованная Халида. «Да-а…да-а… это он – Василий», - вспомнила она.

Почти полвека тому назад, ранней весной, вместе с нами он пришел на эти заброшенные сады совхозом. В свободное от работы время делили участки, ставили колышки, натягивали между ними проволоку или сетку. Тогда, ненадобно было прятаться за высоким каменным забором. Охотно брались за новое для горожан хозяйство - обрабатывать землю лопатой, и беспокоились о порядке на ней, отданной им в аренду.

Что же это наваждение? Мысли о нем не покидали Халиду. Однажды, это было в начале сентября, Василий выпросил отпуск у руководства института, который накопился у него за много лет. Под вечер, - с грустинкой вспоминала она, - он улыбающийся, появился с рюкзаком на своем участке. Со знанием дела, как заядлый турист, укрепил синюю одноместную палатку. Рядом забил в землю высокий шест и протянул к нему от нашего электрического столба кабель. Осветилась все вокруг и его палатка. Он разжег костер, подложил с боков два камня-кубика, на них - лист жести: его походная чудо-печка была готова. Поставил чайник, кастрюлю, туда всыпал содержимое каких-то пакетов. Через час стал звать соседей к себе на незамысловатый ужин. Нас вокруг было немало, и каждый до приглашения не обделил его вниманием.

- Нет, нет, - отказывался он, - я специально взял отпуск, чтоб неделю прожить в палатке и прочувствовать бархатный сезон на Абшероне.

Постепенно, как сейчас вспоминает Халида, у костра собрался целый круг единомышленников. Обсуждали будущее сада, желая изучить методы гибридизации плодовых деревьев по Мичурину. Допоздна раздавались шутки, смех. Это была незабываемая ночь - взаимопонимания людей-коллег.

А утром неожиданно подъехала директорская легковушка, к участку Василия и после короткой беседы с водителем, он в спешке разобрал свою палатку, упаковал рюкзак. Подошел попрощаться, и поставил под окном желтое эмалированное ведро с крупным, спелым, необыкновенно вкусным инжиром, аж, медовый нектар выступал из глазочка ягоды.

- Ты куда отправляешься? Когда успел это собрать, - спросил муж Халиды, показывая на содержимое ведра.

- Вызывают, потом расскажу. А это, - кивком головы показал на инжир, – мои не едят, а вы сварите, да и на мою долю баночку оставите.

Помахал рукой тем соседям, кто вышел на короткие звуки сигнала машины, и уехал.

Оказывается, пришла телефонограмма из Мурманска, где сдавали объект по теме, которой Василий занимался вот уже третий год. Его присутствие там было необходимым и обязательным. Он срочно вылетел на Север. А 14 сентября в институт пришла печальная весть: «Василий погиб». Позже выяснились подробности обстоятельств трагической его гибели. Подъемник перегружал людей в люльке с морской платформы на катер. Люлька от соприкосновения с раскачивающимся на волнах катером, стала качаться в разные стороны. По нелепой и жестокой случайности водителя подъемника – туловище Василия зажало между катером и платформой.

В одно мгновение рухнули мечты, желания и планы его: получить степень кандидата наук, дать высшее образование двум смышленым сыновьям, которые еще учились в младших классах, естественно, увидеть сад цветущим и многое, многое, о чем он задумывал в дружеских беседах, сидя на песке.

Кто предполагал, - размышляла Халида, гуляя по саду, - что на сороковой день у него в семье, друзья, почтившие его память, будут, есть варенье из инжира, собранного его трудовыми, мозолистыми пальцами.

Жизнь есть жизнь! К сожалению, в ней присутствуют незапланированные трагедии и у каждого из нас своя судьба.

Так после него на участке и не было настоящего хозяина, - подумала Халида, присев на скамью под яблоней. Новые дачники появлялись почти каждый год. Кто-то огородил дачу штакетником, а вновь заезжий разобрал его и – в костёр. А кто-то даже рискнул построить небольшой домик с видом на море. Но новый нахальный претендент на землю, первым делом нанял рабочих, раздал им кувалды и скомандовал: «Уничтожить дом!». Бесконечные глухие удары по стенам и – разлетелся домик с шиферной крышей за какой-то час с лишним. Осталась груда камней, а рабочие, получив свои мзды довольные скрылись.

Предыдущий дачник усердно фотографировал развалины своего домика, но, увы, все старания и жалобы в разные инстанции оказались пустой затеей, тратой финансов, времени и здоровья.

Халида вспоминала очередного хозяина. Весною сажал, поливал баклажаны, а когда они созрели, то исчезли. Он только развел недоуменно руками, подумывая, что грешат соседи, но ответ был прост. Рано утром огород посещали козы и бараны, начисто уничтожая все. Надоело терпеть проделки хитрых коз, он свернул свое хозяйство и тоже исчез.

На заброшенном участке затем появились табуны коней. Юнцы устраивали скачки – пыль, топот, гиканье не давали покоя соседям.

А сегодня неизвестный сгребает в спешке песок и продает. На земле идут грязные сделки, - раздумывала Халида, - даже Василию не спится спокойно в неведомом мире. Тень его возникла и возмутилась содеянному.

Мистика или дикое совпадение: сегодня тоже 14 сентября.

 

 

 

Комментарии (0)

Добавить комментарий